Закрыть
9 декабря 2014 года Нестабильный курс рубля лишает нас возможности грамотно прогнозировать - менеджер Реновы. Интервью Михаила Лифшица агентству Интерфакс

Входящий в группу «Ренова» «Уральский турбинный завод», занимающийся выпуском паровых турбин, надеется на рост выручки, несмотря на прогнозируемую рецессию в российской экономике. Компания намерена развиваться как в РФ, так и осваивать зарубежные рынки — Монголии, Белоруссии, Казахстана, Индии. Однако нестабильность курса рубля лишает завод возможности грамотно прогнозировать и планировать результат, рассказал в интервью «Интерфаксу» председатель совета директоров «Уральского турбинного завода» Михаил Лифшиц.

— Совсем недавно «Уральский турбинный завод подписал договор с «Мосэнерго» на замену одной турбины на ТЭЦ-22. Планируете расширять сотрудничество?

— Таких турбин типа Т-250 в «Мосэнерго» 19, и сейчас мы приступаем к замене первой из построенных. В 1972 году это был головной образец, теперь мы ставим вместо той пилотной турбины также головной образец турбины нового поколения, мощность которой может достигать 335 МВт.

Безусловно, все устаревшие турбины постепенно будут меняться, потому что любое оборудование имеет срок жизни. Мы рассчитываем, что после запуска первого головного образца и дальше будем участвовать в этом процессе. Многое зависит от того, как будет выполнен первый проект.

Но надо понимать, что вывести одновременно в реконструкцию больше двух турбин в Москве нельзя. Следовательно, это будет достаточно длинная программа.

— Каков сегодня объем работ завода?

— Мы делаем примерно турбину в месяц, то есть 12-15 турбин различных типов в год. Их суммарная мощность — до 1,6 ГВт.

— Вы рассматриваете возможность поставки турбин вашего производства в Крым?

— Паровой энергоблок — это система, которая потребляет воду, а ситуацию с водой в Крыму вы знаете. Вряд ли поэтому там будут востребованы наши паровые турбины. Газовых турбин мы не производим. Если же в энергосистеме Крыма будет использоваться парогазовый цикл, то да, мы рассчитываем, что заказчик будет учитывать нашу продуктовую линейку, в частности, новый тип турбин для парогазовых установок.

Региональные власти и Минэнерго РФ, отраслевая наука должны определить, какие блоки рациональнее использовать в этом регионе.

— С вводом санкций в отношении РФ со стороны США и Евросоюза многие заговорили об импортозамещении. Для вас это плюс?

— Санкции не бывают позитивными. Мы производим длинноцикловую продукцию, то есть срок изготовления турбины — от года до двух. Соответственно, не в лучшую сторону сейчас отражаются изменения стоимости комплектующих, контрактных работ, стоимости денег.

С точки зрения конкурентной среды, учитывая, что есть конкуренция западных компаний — Siemens, Alstom, GE — скорее да, санкции дали определенный плюс. Но с точки зрения бизнес-процессов — влияние больше отрицательное.

Как в итоге скажутся санкции на экономике работы предприятия — время покажет.

 Инвестиционная программа «Уральского турбинного завода» составляет $20 млн в год. За счет каких средств она финансируется?

— Финансируем сами, за счет прибыли предприятия.

Завод загружен заказами. Мы работаем практически со всеми генерирующими компаниями, которые есть в стране, и не только. В этом году у нас пусковой объект в Монголии, недавно запустили станцию в Павлодаре (Казахстан). Есть заказы для «Центрально-азиатской энергетической компании».

— Новые контракты готовятся?

— Турбина делается год. Сейчас мы контрактуем турбины, которые будут выпущены в конце 2015 — в 2016 году. А 2015 год весь расписан.

Чтобы предприятие в изменяющихся экономических условиях себя ощущало здоровым и устойчивым, нужна диверсификация, и продуктовая, и географическая. В последние годы завод вывел линейку малых турбин разных назначений. У нас появилась и большая турбина, с которой мы возвращаемся на рынок генерации большой мощности. Нам интересна работа во всех странах, где есть централизованное теплоснабжение, и я надеюсь, что мы в ближайшее время еще чуть-чуть расширим свою географию.

— Есть у вас планы сотрудничать с китайскими компаниями?

— В 2000-х годах мы поставили в Китай десять турбин. Сегодня закупаем там некоторые полуфабрикаты, в основном продукцию литейного комплекса, отливки. Поэтому точнее было бы сказать, что это не планы, а текущая деятельность. С китайскими компаниями мы работаем на абсолютно коммерческой основе: туда продаем, оттуда покупаем.

— Есть от них предложения по созданию совместных предприятий на территории России для нового производства?

— В сфере турбиностроения — нет. В совместных проектах мы, скорее, доноры, нежели получатели чего-то. А с точки зрения сохранности интеллектуальной собственности Китай пока — зона риска.

— Продолжаете сотрудничество с европейскими компаниями?

— Да, плотно. У нас есть совместные проекты. Кроме того, для нас сегодня интересны Индия, Монголия, Белоруссия.

Куда бы мы ни пошли, в каком бы тендере ни приняли участие, мы конкурируем с европейскими, китайскими, российскими компаниями. Практически всегда закупочные процедуры включают в себя тендер, на который нужно прийти с конкурентоспособной продукцией и очень грамотно выверенным коммерческим предложением для того, чтобы заказчик выбрал нас.

«Уральский турбинный завод» — это современное предприятие, достаточно компактное, без раздутых накладных, которое делает современные машины на существующей платформе, хорошо себя зарекомендовавшей на протяжении десятилетий работы. Это касается турбин в 100-150 МВт и турбин в 250-300 МВт. С точки зрения надежности эти машины одни из лучших в мире. А с точки зрения технических характеристик — мы вложили достаточно много сил и средств в модернизацию завода и в разработку новых решений, которые внедряем.

— Каких финансовых показателей вы ожидаете по итогам 2014 года?

— Мы закончим год с ростом выручки относительно 2013 года, и достаточно значительным. Я думаю, что процентов 15 минимум мы покажем рост к прошлому году. Ожидаемая цифра — около 6 млрд рублей. Маржинальность EBITDA в пределах средней машиностроительной, в районе 11-12%. Мы планируем, что и в дальнейшем наша выручка будет расти. Но насколько у нас это получится и насколько позволит состояние рынка и политическая картина, будет видно.

— Как падение рубля сказывается на вашей работе?

— Еще раз повторюсь, срок изготовления турбины — год-полтора. Бюджет считается при заключении контракта, но потом, когда он в процессе выполнения начинает меняться, это влияет на все параметры, в том числе экономическую эффективность. Импортные комплектующие у нас есть, но немного, так что это не является определяющим фактором. В большей степени мешают изменения текущих цен на продукцию российских предприятий, услуги и стоимость кредитования. Главное, что нестабильный курс лишает нас возможности грамотно прогнозировать и планировать результат.

— Вы как-то пересматривали свою стратегию развития в связи с изменившейся ситуацией, экономической, политической?

— Нет. В стратегии у нас была заложена диверсификация и географическая, и продуктовая, мы над этим работаем и достаточно уверено смотрим в будущее.

— Какие для вас открываются перспективы, если с рынка генерирующего оборудования под давлением санкций уйдут такие западные гиганты как Siemens и GE?

— Никто не уходит, все будут каким-то образом перегруппировываться. Санкции — это история временная, они могут быть длинными, но все равно не вечными. Модернизация установленного парка турбин связана с обеспечением надежности функционирования инфраструктуры и энергетической безопасностью, поэтому при любых условиях этим надо будет заниматься.

— Планируете привлечение заемных средств?

— Мы привлекаем в разумных пределах, кратных увеличений не планируем. Для органического развития нам хватает собственной устойчивости.

— Рассматриваете новые приобретения? Могут быть объявлены сделки в ближайшее время?

— Могут. Смотрим на рынок, естественно, на профильный. У нас есть продукция длинноцикловая, и понятно, что имеет смысл иметь что-то еще с более коротким производственным циклом. Интересны, например, смежные изделия, которые стоят вокруг турбины. Поэтому мы смотрим и изучаем тему.

  • Смотрите также: