Закрыть
13 июля 2017 года Интервью Михаила Лифшица телеканалу ОТВ


Ведущий: Здравствуйте, я Максим Путинцев, в «Акценте» на «Иннопроме» Михаил Лифшиц, Председатель Совета директоров Акционерного общества «РОТЕК». Михаил Валерьевич, здравствуйте!

Михаил Лифшиц: Здравствуйте.

Ведущий: Для наших зрителей я поясню, что наш Уральский турбинный завод, расположенный в Екатеринбурге, входит как раз в «РОТЕК», и, фактически, является главным активом. Дайте для начала, вашу оценку «Иннопрома», который за этими окнами проходит. Выставка перевалила уже экватор, и можно, наверное, какие-то итоги уже подвести.

Михаил Лифшиц: «Иннопром» вырос. И, не побоюсь этого слова, он стал машиностроительной площадкой, в виде форума, выставки федерального масштаба.

Ведущий: Всё больше оправдывает свою идею и название?

Михаил Лифшиц: Немного осыпалась шелуха. Простите, на первых историях она была. Сейчас очень квалифицированный посетитель — на нашем стенде персонал занят, постоянно приходят люди, с которыми нужно поговорить. И я скажу, что это региональный форум и для нас органически важно здесь быть, т. к. мы присутствуем на Урале. «Иннопром» стал дееспособной выставочной площадкой, которая сама за себя еще и платит: те деньги, которые мы оставляем за участие, они оправданы.

Ведущий: «Иннопром» для Вас это еще и возможность побывать на Уральском турбинном заводе в Екатеринбурге. И только сегодня — я знаю — Вы там были чуть ли не несколько раз. Чем сейчас он занят, каковы ключевые проекты нашей Турбинки?

Михаил Лифшиц: Я не скажу, что «Иннопром» для меня — повод побывать на заводе. Скорее завод это повод участвовать в «Иннопроме». На заводе я бываю достаточно регулярно. Сейчас мы заняты работой с белорусскими коллегами, у нас большой проект в Минске. Мы закончили проект с Березовской, идет проект по Гродно, и сегодня у нас был вице-премьер, было много коллег-энергетиков. Это очень большая помощь экономике предприятия — Беларусь, Казахстан, Монголия. Экспортная часть выручки близка к 50%. Вот этим занят завод.

Безусловно, мы заняты новыми продуктами и технологиями. Чем-то мы порадуем в следующем году. Если посмотреть на динамику последних пяти лет, то мы — единственное предприятие, которое в состоянии выдавать новую модель турбины, по-сути, раз в год.

То, что происходит сейчас: турбины, которые мы делаем, идут с предустановленной системой прогностики. Это математический аппарат, программно-аппаратный комплекс, который позволяет управлять надежностью и предсказывать аварии или неприятности на достаточную глубину. Кроме нас это у GE и Schneider.

Вторая часть, которую я могу анонсировать, хотя она и находится в начальной стадии. Вы знаете, что такое аддитивные технологии? Это изготовление деталей посредством послойного лазерного роста. И вот одно из таких решений, фундаментально облегчающих жизнь нашим заказчикам, которое можно предложить. Мы сделали много поколений турбин и некоторые из них уже сняты с производства. Части для таких турбин, которые сделаны уже давно, представляют из себя проблему. Их надо менять также, как и на машине. OEM делают запчасти 20 лет после того, как сделан автомобиль, но потом перестаёт и всё. Турбины живут дольше, но тема комплектующих всё равно существует. Держать их на складе невозможно, а срок изготовления, с учетом отвлечения основных производственных сил, составляет 6-8 месяцев. То, что мы будем делать, на Западе называют «digital inventory» — оцифрованные модели комплектующих, которые хранятся на сервере. Мы будем изготавливать их посредством аддитивного подхода, очень быстро. Это внедрение цифровых технологий, это новый технологический уклад. Фрагмент умного производства.

Ведущий: Расскажите про ледоколы. Насколько я понимаю, на новейших российских ледоколах будут стоять наши турбины!

Михаил Лифшиц: Да. Я сразу продолжу тему, которую я вчера поднял Коммерсант…

Ведущий: Да, что Владимир Путин вмешался в строительство ледоколов…

Михаил Лифшиц: Я дам свою оценку. Безусловно я не претендую на переоценку журналистской деятельности или кого-либо еще.

Ледокол, который сейчас строится, это очень новый корабль. У нас в стране ледоколов атомных долго вообще не делали. В том, что строится сейчас, применено огромное количество новых решений. Мы очень горды быть внутри этого проекты и знаем, что происходит. Это электродвижение, цифровое управление, новая компоновка корабля и куча особенностей, которые я не буду повторять. Внедренческие истории там умножаются — каждый новый элемент, который появляется, влияет на другие. Поэтому то, что строит Балтийский завод — очень современная, опережающая время история. Сказать, что она пойдет как по маслу — конечно, нет, конечно, будут ошибки, придется что-то переделывать, будут ошибки в проектировании. Это не наше изобретение: если посмотреть на то, что делают западные коллеги, то всё похоже. Наверное, где-то есть переоценка возможностей, разгильдяйство — безусловно, это не обсуждается. Но когда вы, журналисты, оцениваете, нужно понимать, что это большая сложная система.

Что касается нашего силового острова: Кировэнергомаш делает турбоагрегат. В него входит большая рама-основание, турбины высокого и низкого давления, генераторы, вся технологическая обвязка… Для испытания системы в целом (в отличие от энергоагрегата тепловой станции, который мы испытываем на месте) заказчик требует натурных испытаний на стенде. А это, по-сути, как собрать энергоблок. Это отдельная история со всеми вытекающими последствиями. Гонять эту турбину нужно месяц, в разных условиях, с разными нагрузками. Такой работы не делали уже очень давно. Я думаю, что если огрехи были, то коллеги с Кироэнергомаша их поправят. Сроки действительно сдвигаются вправо, но могу сказать, что наша часть работы — турбина — сделана вовремя. К ней вопросов нет. Мало того, наш объём работы на серийные машины больше и мы находимся в графике.

Ведущий: Михаил Валерьевич, у нас мало времени остается, поэтому в нескольких словах еще об одном вашем проекте. Это уже не ледокол. Насколько я понимаю, вы готовитесь отправить нашего известного путешественника Федора Конюхова в рекордный полёт. В чем будет ваша задача? При чем здесь РОТЕК?

Михаил Лифшиц: Здесь давайте скорее про Ренову поговорим, частью которой мы являемся. РОТЕК это аккумуляция высокотехнологичного блока.

В этом году мы закончили проект модернизации нашего завода в Новочебоксарске, который делает фотопреобразователи, или солнечные батареи в простонародье. Проект апгрейда завода был немного незамеченным. То, что мы сейчас имеем, конкурирует не с китайскими коллегами, которые делают очень дешевые модули с эффективность 16-18%. Мы выступаем в высшей лиге, конкурируя с коллегами из США, Японии, Тайваня. Делаем модули с эффективностью в 22%. В Европе в индустриальном масштабе мы это делаем одни. Это яркий факт. Мы эксплуатируем и строим солнечные парки. В апреле месяце мы запустили завод, который делает накопители электроэнергии. Одно из основных применений — транспорт. Задача диверсификации продукта для нас вполне логична, они бизнесовая. Если сегодня мы делаем фотопреобразователи для солнечных парков на стеклянной основе, то логично нам двинуться в движимые применения на основе пластика, это транспорт. Мы можем ставить солнечные батареи на крыши вагонов в Индии, на планер для обеспечения энергонезависимости кабины. Это то, что нужно делать, чтобы быть в бенчмарке и охватывать все сегменты рынка. Поэтому идея того, что уже можно говорить о каких-то рекордных полётах с использованием солнечной энергии, она не волюнтаристская и не взята с потолка. Она скорее стоит на том, что технологии к тому готовы. Плюс, было несколько попыток, которые делали уважаемые американские и европейские путешественники. Существует сейчас швейцарский проект «Стратос», и мы решили, что для испытания того, что мы творим в научно-техническом центре в Санкт-Петербурге и Москве в МИСиС и закрепления этом новом сегменте будет красиво сделать что-то такое, что принесет пользу Родине, заявит Россию как одного из владельцев рекордов.

Ведущий: Когда воплощение?

Михаил Лифшиц: Летающую лабораторию мы будем иметь до конца года, до Рождества. На ней мы будем проводить испытания накопителей и фотопреобразователей на разных высотах, с разными углами освещения и на разных режимах полёта. То, что касается рекордного самолёта: сейчас мы собрали коллектив, наверное, лучших в мире конструкторов, которые в т.ч. участвовали в подобных предыдущих проектах. В моем понимании, это 2019-2020 год.

Ведущий: Ну что же, ждём. На следующих Иннопромах, наверное, увидим что-либо из того, о чем вы сегодня нам рассказали.

Михаил Лифшиц: Да, наверное, придется что-то показывать.  

Источник: Свердловское областное телевидение

  • Смотрите также: