Закрыть
1 ноября 2017 года Глава совета директоров «Ротек» Михаил Лифшиц: «Нужен спрос на энергооборудование»

МОСКВА, 1 ноя — ПРАЙМ, Виктория Седова. Сегодня в России активно обсуждается программа модернизации электростанций. Один из крупнейших производителей оборудования — холдинг «Ротек», который входит в группу компаний «Ренова», уверен, что промышленность сможет с этим справиться и обеспечить необходимым оборудованием энергокомпании — главное, чтобы на него был спрос. Об особенностях работы в современных реалиях, о перспективах развития рассказал в интервью агентству «Прайм» председатель совета директоров «Ротек» Михаил Лифшиц.

— Насколько, по вашей оценке, вероятно, что Россия может отказаться от импортного оборудования в большой энергетике?

— Вероятность, конечно, существует. Мало того, я не вижу гигантской проблемы в изготовлении сегодня большой газовой турбины на территории России. Потому что есть все компетенции, есть производственные площадки. Компетенции по конструированию и проектированию они тоже, безусловно, есть, потому что центр компетенции, например, Alstom, просто был в Москве.

Самое главное, что у нас не хватает — это прогнозируемый и понятный для рынка спрос, потому что страна на сегодня имеет избыточный энергобаланс. В этом случае, хороший пример – Казахстан, который, по сути, остался в угольной генерации, газ мы будем продавать, а уголь мы будем жечь — и делает это эффективно, делает это чисто. Уровень обновления парка, он, наверное, самый высокий на постсоветском пространстве. Поэтому здесь, повторюсь ещё раз, основной вопрос, который есть – это спрос. Будет спрос, будет требование к локализации, прописанное также внятно, как и в альтернативной энергетике, значит, будет газовая турбина в стране.

— То есть, если, как говорил замминистра энергетики РФ Вячеслав Кравченко, введут требования локализации производства энергооборудования при модернизации электростанций, промышленность сможет обеспечить производство необходимого оборудования в России?

— Да, конечно. Сомнений вообще никаких нет.

— Как вы оцениваете конкурентоспособность российского машиностроения в энергетике?

— Я скажу так, что единственная область, в которой есть проблема конкурентоспособности, как раз большие газовые турбины. Остальное у нас достаточно прилично выглядит. Что касается котлов, паровых турбин, вспомогательного оборудования, систем управления, я вижу, что мы абсолютно на равных конкурируем с коллегами на западных рынках, за исключением некоторых финансовых условий, за исключением некоторых политических подтекстов, которые есть сегодня.

Не буду говорить где, но сейчас готовится тендер в Европе и идет очень сильное давление со стороны властей Евросоюза на то, чтобы покупать местное (оборудование – ред.).

Касаемо газовых турбин, во—первых, когда вводили первый ДПМ (договоры, гарантирующие окупаемость инвестиций в строительство электрогенерации – ред.), не было уделено достаточное внимание с точки зрения локализации. Второе — это то, что если мы хотим их (большие газовые турбины – ред.) иметь, с точки зрения «Ротек», возникает вопрос – вкладываться ли в производство газовой машины или нет. Если я вижу, что я продам их пять, ответ – нет, если я вижу, что продам их пятьдесят, то, скорее да.

— Согласны ли вы с позицией главы «Газпром энергохолдинга» (ГЭХ) Дениса Федорова, который по—прежнему критически оценивает работу российских газовых турбин большой мощности для теплоэлектростанций?

— Если смотреть на историю с позиции Дениса, то конечно, да. Здесь история наполовину регуляторная, потому что стоимость внедрения, она всегда была, и ситуация, в которую попали наши коллеги из ГЭХа, она достаточно простая. Им дали недоделанную машину, что в принципе не является чем—то экстремально новым, потому что и Siemens, и General Electric и все остальные по пути внедрения своих линеек газовых турбин проходили самые разные коллизии, в том числе и на территории нашей страны. Но ситуация когда генерирующая компания берет на себя стоимость внедрения и еще и платит штрафы за простой того, что она внедряет, она, мягко говоря, с позиции руководителя компании, несправедливая.

— «Газпром энергохолдинг» планирует модернизировать 22—23 турбины на своих ТЭЦ в Москве и Санкт—Петербурге. Уральский турбинный завод «Ротека» участвует в первом проекте — модернизации турбины на ТЭЦ—22 в Москве. Компания рассчитывает участвовать и в других проектах энергохолдинга, не опасаетесь ли конкуренции?

— У нас сейчас идет проект модернизации ТЭЦ—22 в Москве, где будет установлена первая турбина этого класса. Проект большой, мы его делали очень тщательно и не очень быстро. Турбина — это Т—250, которая является основным генерирующим звеном в энергоснабжении Москвы. На тот же фундамент мы сделали турбину 300 МВт и сейчас первая должна появиться на ТЭЦ—22. Будет ли наш заказчик заходить в следующий проект, не закончив этот, я еще не знаю, но, собственно, мы на это рассчитываем… Зависит от инвестиционных программ наших заказчиков, зависит от регулятора, потому что если у нас будет принят ДПМ—штрих (механизм окупаемости модернизации электростанций – ред.), посвященный модернизации, то это сильно стимулирует и их и нас, это даст нам работу.

У нас также есть проекты и с «Т Плюс», правда в меньшей степени, у нас проекты с «Интер РАО», у нас два хороших проекта с Татарстаном, сейчас у нас идет два проекта в Белоруссии, один из них связан с новой машиной, другой с модернизацией.

— Нужны ли производителям энергооборудования дополнительные меры господдержки, и какие?

— Безусловно, механизмы поддержки есть во всем мире, и мы их используем. Например, при любых экспортных сделках без экспортного финансирования сегодня делать нечего. Потому что любая генерирующая компания говорит – вот вам квалификация на машину, а вот чего мы ожидаем с точки зрения финансовых условий сделки, и там окажутся условия рассрочки на пять лет. Для этого существуют агентства экспортные по страхованию, существуют различные институты развития.

Я скажу, что в этой части у нас в стране есть успех, и он позволяет нам достаточно конкурентоспособно сегодня выглядеть в экспортных сделках. Но при этом есть обратная коллизия: если такие же условия проявляет российский заказчик, то с этим самым экспортным финансированием придет Siemens, General Electric, еще кто—нибудь. Тема финансирования — она зеркальная…

Что относится к регулятору: поскольку мы живем в стране с регулируемыми тарифами на топливо, то хочется иметь предсказуемость и возможность прогнозировать рынок. Это как раз меры поддержки даже не нам, а отрасли в виде договоров предоставления мощности.

— Расскажите, пожалуйста, о вашем предложении «Ростеху» по турбине для мусоросжигательных заводов.

— Продукция мусоросжигательного завода – это электроэнергия во всем мире. Понимая, что к нам это тоже придет, понимая проблему мусора, мы уже несколько лет занимаемся проектированием, созданием нового продукта для силового острова мусоросжигательного завода. Причем неважно, что у нас на входе это колосниковое сжигание или это пиролизные способы, силовой остров все равно остается паровым. Турбину мы сделали, используя платформу турбины 70 МВт, которая уже стоит на десяти энергоблоках в стране. Мы считаем, что наше решение точно не хуже представленных решений нашими западными коллегами. Мы боремся и рассчитываем на то, что внедримся в эту отрасль. Будет тендер, будем участвовать.

Источник: Прайм

Автор: Виктория Седова

  • Смотрите также: